29 ИЮНЯ — ПЕРЕНЕСЕНИЕ МОЩЕЙ ФЕОФАНА ЗАТВОРНИКА

329 июня православные отмечают праздник перенесения мощей святителя Феофана Затворника. Канонизирован в 1988 г., как подвижник веры и благочестия, оказавший глубокое влияние на духовное возрождение общества своими многочисленными творениями, которые могут рассматриваться чадами Церкви как практическое пособие в деле христианского спасения.

«Богоявлению тезоименитый, святителю Феофане, учениями твоими многих людей просветил еси, со ангелами ныне предстоя Престолу Святой Троицы, моли непрестанно о всех нас» — так прославляет Русская Православная Церковь одного из своих великих святых — свт. Феофана, епископа и Затворника Вышенского.

В приведенном выше кондаке святителю обращается внимание на то, что его имя — Феофан — происходит от греческого слова «теофания», то есть «Богоявление» — «Богоявлению тезоименитый». Интересно, что храм в келье святого был устроен в честь Богоявления, скончался он в день праздника Богоявления, да и образ Богоявления писал чаще, чем остальные иконы.

Родился Феофан, в миру — Георгий Васильевич Говоров, 10/23 января 1815 г. в селе Чернавское Елецкого уезда Орловской губернии, в семье священника. Учился в Ливенском духовном училище, затем — в Орловской семинарии, и, наконец, в Киевской духовной академии. В 1841 г. в Киеве принял монашеский постриг с именем Феофан, в том же году рукоположен в иеродиакона и иеромонаха. Затем были служба инспектором в нескольких духовных учебных заведениях, ректорство в Санкт-Петербургской духовной академии, поездка в Палестину в составе русской духовной миссии и в Константинополь в качестве настоятеля посольской церкви. Именно во время этих поездок по Востоку иеромонах Феофан основательно изучает аскетические творения Отцов Церкви, это очень пригодится ему впоследствии, как для собственного монашеского делания, так и для того, чтобы наставлять всех стремящихся к духовной жизни.

1-го июня 1859 г. состоялась хиротония и наречение Феофана епископом Тамбовской епархии. Его служение на нашей земле продолжалось недолго, всего три года, но и за краткое это время святитель успел приобрести всеобщую глубокую любовь своей паствы. Кроме выдающихся человеческих качеств — таких, как необыкновенная кротость, редкая деликатность, заботливое внимание к нуждам и потребностям каждого человека, архипастыря отличал большой организаторский талант во всех сферах церковной жизни. Для повышения уровня духовного образования епископом было открыто множество церковно-приходских школ, святитель поощрял и священников, которые открывали школы при храмах, и мещан, которые жертвовали средства на строительство школ и церквей. При содействии Преосвященного Феофана в Тамбовской епархии начали открываться воскресные школы — как для детей, так и для взрослых. По его ходатайству с 1-го июля 1861 г. при Тамбовской духовной семинарии стали издаваться «Тамбовские епархиальные ведомости» с несколькими статьями самого епископа в каждом выпуске. Заботился святитель и о благоустройстве храмов — «древнейших и наилучших училищ духовного просвещения».

Почти каждое богослужение владыки сопровождалось проповедью, а проповедником он был изумительным. Современники вспоминали, что его слова всегда доходили до глубины сердца, вызывали всеобщие рыдания и стремление начать новую, лучшую жизнь. Архипастырь побуждал к проповеди и священников, ревностных поощряя, а нерадивых наказывая. Так, в «Тамбовских епархиальных ведомостях» за 1861 г. имеется следующее его распоряжение: «Священника Светлова, без уважительных причин не говорившего ни одного поучения в течении целого полугодия, оштрафовать на вдов и сирот духовного звания на 6 рублей серебром и пропечатать не говорившего поучения в Ведомостях ко сведению епархии».

По воспоминаниям очевидцев, святитель Феофан, служа в Тамбове, вел очень простой образ жизни. Носил он подрясник и рясу из недорогой черной материи, пища его была самой невзыскательной. Вкушал он очень немного, практически никогда не ужинал. Почти весь его день проходил в молитве.

Простота и приветливость привлекали к нему людей, и с каждым из них, невзирая на лица, владыка обращался с примерным терпением и благодушием. Когда в 1860 г. Тамбовскую губернию постигла страшная засуха, Преосвященный Феофан поддерживал паству не только словом, но и делом. Из своих личных средств он оказывал значительную материальную помощь пострадавшим от пожаров, а свою квартиру и все свободные помещения архиерейского подворья он предоставил в полное распоряжение погорельцам.

13-го августа 1861 г., при непосредственном участии епископа Феофана, состоялось открытие мощей свт. Тихона Задонского, которого владыка издавна очень почитал.

Однако, недолго довелось тамбовской земле находиться под духовным окормлением святителя. В 1863 г. епископ получил известие о перемещении на древнюю Владимирскую кафедру, а в 1866 г., находясь, казалось бы, на самом взлете практической деятельности, епископ Феофан подает прошение об увольнении его на покой с правом пребывания в Вышенской пустыни Тамбовской епархии. Прошение удовлетворено, и святитель наконец-то получает то, к чему давно чувствовал свое главное духовное призвание — полное отрешение от житейских дел, уединение, неразвлекаемое «внутреннее делание».

Уйдя в затвор, свт. Феофан ежедневно совершал Литургию в своей небольшой церковке, проводил время в духовных и телесных подвигах, непрестанной молитве, тщательном самонаблюдении, в напряженном чтении и богомыслии, и, наконец, в писательских трудах.

Весь свой величайший и поистине бесценный опыт, накопленный на разнообразных жизненных поприщах, и особенно в годы затвора, был использован святителем в его огромной переписке с многочисленными корреспондентами, среди которых были представители всех сословий, от сановника до крестьянина. Ежедневно почта приносила от 20 до 40 писем, и епископ Феофан отвечал на каждое, чутко угадывая духовное состояние и потребности писавших, находя для каждого необходимое слово, идущее прямо к сердцу. Он обладал редким даром просто и кратко говорить о самых сложных предметах, о самых глубоких и премудрых вещах.

Хотя эти письма были адресованы конкретному человеку, в них есть то, что замечательно подходит каждому христианину. Вот что, например, писал святитель «одной почтенной особе в Тамбове» по поводу кончины архиерея и об «экзамене», ожидающем после смерти каждого человека:

«Милость Божия буди с вами! Верно вы уж воротились. Наплакались, нагоревались… Теперь пора и утешиться. Владыка отошел не на худшее, а на лучшее. Следовательно его ради надо радоваться, что кончились труды и хлопоты и начинается покой. — И для нас это тоже лучше. Он будет молиться о нас, и тамошняя молитва прямее и сильнее. Ему яснее, что нам нужно, и он будет прямо говорить Господу: даруй им то и то… И поскольку будет говорить прямо пред Господом, слышнее будем молитва его. Следовательно, нам нечего горевать… а скорее радоваться и его ради и себя ради.

Станем и мы собираться… Будет экзамен. Просмотрим программу, и чего не учили, доучим, что позабыли, припомним, что не твердо знаем, протвердим. И поспешим это уладить… Ибо кто знает, может быть, вот-вот и кликнут: Феофан Вышенский… или N Тамбовская… или еще кто.., и выходи… Ни тетрадок, ни книжек нет… и подсказать некому. Всякий один… как перст… со своими только средствами… Так вон оно что?! Всяко с чувствами мудрено совладать… Господь да утешит нас всяким утешением. Ваш богомолец епископ Феофан».

Особое внимание в своих письмах святитель Феофан уделял молитве, считая ее царицей духовной жизни, точка опоры которой — смирение. «Дело молитвы есть первое дело в христианской жизни. Молитва — дыхание духа. Есть молитва — живет дух; нет молитвы — нет жизни в духе. Стоять перед иконой и класть поклоны — не есть молитва, а только принадлежность молитвы; читать молитвы на память, или по книжке, или слушать их — не есть еще молитва, а только орудие молитвы или способ обнаружения или возбуждения ее. Сама молитва есть возникновение в сердце нашем одного за другим благоговейных чувств к Богу — чувства самоуничижения, преданности, благодарения, славословия, прошения, сокрушения, покорности воле Божией, усердного припадания и прочее.

Вся наша забота здесь должна быть о том, чтобы во время нашей молитвы эти и подобные чувства наполняли душу нашу, чтобы сердце не было пусто. Когда есть в нем все эти чувства или какое-либо одно из них, устремленное к Богу, то молитвословие наше есть молитва, а когда нет, оно не есть еще молитва.

Молитву или устремление сердца к Богу нужно возбудить и возбужденную укрепить, или, что то же, нужно воспитать в себе молитвенный дух.

Первый способ к этому есть читательное или слушательное наше молитвословие. Читай или слушай как следуй молитвословие и непременно возбудишь и укрепишь восхождение в сердце твоем к Богу, то есть войдешь в молитвенный дух. В молитвах святых отцов движется великая молитвенная сила, и кто всем вниманием и усердием проникает в них, тот, в силу закона взаимодействия, непременно вкусит молитвенной силы по мере сближения настроения своего с содержанием молитвы. Чтобы наше молитвословие сделать нам действительным средством к воспитанию молитвы, необходимо совершать его так, чтобы и мысль, и сердце воспринимали содержание молитв, составляющих молитвословие.

Вот для этого три самых простых приема: не приступай к молитвословию без должного приготовления; не совершая его кое-как, а со вниманием и чувством; не тотчас по окончанию молитв переходи к обычным занятиям.

Приступая к молитвословию, когда бы то ни было, постой немного, или посиди, или походи и потрудись в это время отрезвить мысль, отвлекши ее от всех земных дел и предметов. Затем помысли, Кто Тот, к Кому обратишься ты в молитве, и кто ты, имеющий начать теперь это молитвенное к Нему обращение, и возбудит в душе твоей соответственное тому настроение самоуничиженного и проникнутого благоговейным страхом предстояния Богу в сердце. Здесь — начало молитвы, а доброе начало — половина дела.

Установившись так внутренне, стань перед иконами, перекрестись, поклонись и начинай обычное молитвословие. Читай неспешно, вникай в каждое слово; мысль каждого слова доводи до сердца, сопровождая это поклонами с крестом.

Когда закончишь свое молитвословие, не тотчас переходи к каким-либо занятиям, но также хоть немного постой и подумай, что это тобою сделано, и к чему это тебя обязывает, сохраняя после молитвы особенно то, что на тебя крепко подействовало. Само свойство молитвы таково, что, если хорошо помолишься, как следует, то не захочешь скоро озабочиваться делами: кто вкусит сладкого, не захочет горького; а вкушение этой сладости молитвы есть цель молитвословия, и чрез это вкушение сладости молитвенной в молитвословии воспитывается молитвенный дух.»

О пребывание в монастыре свт. Феофан писал: «Вышу можно променять только на Царство Небесное». Эти слова сбылись, именно на Царство Божие он «променял» свою скромную монашескую келью. Когда 6-го января 1894 г., в праздник Крещения Господня, Преосвященный Феофан скончался и его стали облачать в святительские одежды, на его лице явственно для всех просияла улыбка. О последних днях земной жизни человека святитель писал: «В час смерти в сознании чередой проходят деяния жизни, отражая в лице и очах умирающего или утешение, или сокрушение, соответственно представляющимся делам». Очевидно, что святитель, вся жизнь которого была непрестанным хождением пред Богом, имел упование не расстаться с Господом и скончался в надежде наследия блаженной вечности.

Узнав о том, что скончался всеми почитаемый святитель, в Вышенскую обитель хлынули толпы людей разных сословий, общественного положения, всех возрастов и профессий. В день погребения их число достигло нескольких десятков тысяч.

Ныне мощи святителя Феофана пребывают в Казанском соборе Свято-Успенского Вышенского монастыря.

 

По материалам сайта: http://www.eparhia-tmb.ru

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика